Опиумные войны xxi века

Несмотря на столь конкурентный рынок, нельзя не сделать печального вывода: ни одна страна не играет более важной роли в мировой системе производства, перевозки и распространения всех четырех «тяжелых» наркотиков и составляющих их веществ, чем Китай. Вот лишь несколько фактов.

• Китай ежегодно производит более 100 тысяч метрических тонн ацетонангидрида, и большая часть этого вещества поставляется на подпольные заводы для обеспечения процесса экстракции героина из мака, собранного на полях «Золотого треугольника» и «Золотого полумесяца», и его превращения в элитный «Белый китайский» героин и массовый «Афганский обычный».

• Китай — второй по величине в мире производитель перманга-ната калия, ключевого соединения, используемого в процессе окисления и сепарации кокаина из листьев латиноамериканской коки.

• Китай и Индия занимают два первых места в мире по объемам производства природного и синтетического эфедрина. Это химическое вещество контрабандой доставляется в самые разные подпольные лаборатории по производству метамфетамина, разбросанные по миру от Бангкока и Пхеньяна до Мексики и Австралии.

• Китай — самый крупный в мире производитель сассафрового масла и сафрола. Эти вещества используются в производстве РМК — основного компонента таблеток экстази.

• Китай и поныне сохранил свою исторически сложившуюся роль главного транзитного коридора для поставок героина из «Золотого треугольника» и расширил зону операций до афган-ско-пакистанского «Золотого полумесяца» и среднеазиатских республик.

• В Китае стремительными темпами растет собственное производство «законченных продуктов» — героина, экстази и «снежка».

• Лопающаяся от нелегальных денежных переводов банковская система Китая превратилась в важный центр глобального «отмывания денег».

Центральное правительство Китая предпринимает искренние и очень жесткие попытки справиться с производством и торговлей наркотиками. Однако вопреки этому роль Китая как основного производителя ключевых соединений для наркопроизводства и собственно самих готовых наркотиков продолжает возрастать. И именно эта неспособность справиться с постоянно усугубляющейся про-

блемой потенциально таит в себе зерна серьезнейшего столкновения с крупнейшими странами мира.

Путь Китая к сомнительной славе основного игрока на мировом героиновом рынке — печальная и даже отвратительная история о том, как некоторые из самых важных экономических процессов наложи-лись на циничные внешнеполитические цели одной из самых могущественных стран в истории.

Рассказ о Наркотических войнах Китая следовало бы начать с первого крупного мирового наркокартеля — британского правительства начала XIX века. Именно правительство Британской империи, действуя через свое торговое подразделение — Ост-Индскую компанию, первым запустило опиум в мировой торговый оборот. Коммерчески мыслящие британцы сделали это для ускорения экономического роста империи и сдерживания инфляции.

Первоначально проблема Британии в торговле с Китаем заключалась в следующем: по мере роста закупок британскими купцами и торговцами китайского чая и шелка стремительно рос дефицит британского внешнеторгового баланса. Этот перекос оказывал серьезное давление на курс фунта стерлингов и раскручивал инфляционную спираль в экономике Британской империи.

Ее ответный удар по Китаю, нацеленный на выравнивание дефицита, по уровню жестокости и цинизма сделал бы честь любому современному наркокартелю. Британия начала завозить в Китай опиум, выращенный на полях своих индийских колоний. Несмотря на то что именно Китай позднее получил негласный титул «Опиумной империи», особенно удивляет то, что своего производства этого наркотика в те годы в Поднебесной практически не было.

Ужасающий эффект британского стратегического удара стал виден практически мгновенно. По мере того как миллионы китайцев «подсаживались» на опиумную трубку, торговый дефицит быстро превратился в профицит. Прибыли Ост-Индской компании взлетели до небес на волне того хаоса, который воцарился в китайской экономике, и того разложения, которому подвергся китайский народ.

Когда китайское правительство того времени попыталось запретить опиумную торговлю и восстановить порядок, на помощь наркодельцам были брошены военные корабли британского (а позднее — и французского) флота. За счет значительного превосходства в огневой мощи, количестве орудий и подготовке моряков они буквально смели с поверхности моря деревянный флот Китая. Именно в ходе этих «опиумных войн» Китаю было нанесено «национальное унижение». Согласно Нанкинскому договору 1842 года, Китай был вынужден уступить Британии контроль над Гонконгом и открыть для торговли с иностранцами пять портов: Кантон (Гуанчжоу), Шанхай, Нинбо, Фучжоу и Сямынь.

Но этим дело не закончилось. Самым отвратительным наследием «опиумных войн» стало то, как Китай среагировал на появление дефицита в торговле с Британией. Китайцы начали сами массово разводить опиум, фактически легализовав опиумную наркоманию в стране и превратив выращивание опиума в доходный бизнес.

Когда в 1949 году власть перешла в руки Мао Цзедуна, одним из его первых законодательных актов стал полный запрет на производство

опиума и безжалостная борьба с его употреблением. Спустя три года этот чудовищный порок был практически искоренен, что стало одним из важных и несомненных достижений жестокого коммунистического режима. Однако нанесенный Мао удар по наркоторговле имел неожиданные последствия, столь же циничные, как последствия действий Британии в XIX веке. Производство и торговля опиумом сместились на юг, в район «Золотого треугольника» на пересечении границ Бирмы, Лаоса и Таиланда.