Опиумные войны xxi века

Китай — самый крупный в мире потребитель минеральных удобрений. Ежегодно национальное сельское хозяйство поглощает 50 млн тонн этих веществ. 90 % роста потребления минеральных удобрений в период с 1981 года приходится именно на КНР [18]. Основной проблемой здесь является неправильное использование питательных добавок. Как правило, малообразованные крестьяне и фермеры применяют удобрения совершенно неверно. Это снижает эффективность подпитки почв и требует все большего объема удобрений для удержания урожая на должном уровне, и их избыток валом обрушивается в реки и водоемы Китая.

Азотные и фосфорные удобрения приводят к избыточному размножению сине-зеленых водорослей и «зацветанию» водных пространств. Слой водорослей покрывает поверхность водоема и полностью прекращает доступ солнечного света к донным растениям. Фотосинтез прекращается. В результате происходит гибель растений, массовый замор рыбы, снижение подвижности воды и появление в ней тончайшей грязевой взвеси, способной даже в малых количествах забивать жабры рыб. Под покровом водорослей за дело разложения органических остатков принимаются анаэробные, не требующие кислорода, бактерии. Побочными продуктами их жизнедеятельно-

сти становятся такие газы, как метан и сероводород, и в результате цветущий водоем превращается в зловонную лужу.

на Меконге

До прихода к власти Коммунистической партии в Китае было всего 23 больших и средних плотины и водохранилища. Спустя 55 лет — 22 тысячи плотин, определяемых как большие (т. е. с перепадом высот более 15 метров). Всего в мире 45 тысяч таких сооружений. Число водохранилищ и всех типов плотин, за исключением крестьянских ирригационных и плотин мини-ГЭС, выросло до 85 тысяч. Строительство этих сооружений продолжается рекордными темпами, несмотря на появление все большего количества научных данных о том, что большие плотины в долгосрочной перспективе требуют для своего обслуживания больше средств, чем производят. Писатель Ден Цинн называет это «следствием слепой веры в то, что инженерная мысль способна решить все проблемы» и «сознательным отказом китайского руководства от следования вековой даосской традиции самоограничения».

Таши Церинг, Тибетский Центр защиты прав человека [1]

«Лихорадка строительства плотин». Это единственный диагноз, который можно с уверенностью поставить политике Китая в области управления водными ресурсами. Симптомы этой болезни — 85 тысяч плотин и водохранилищ, строительство самых высоких плотин в мире и самых вместительных «искусственных морей», наличие плотин с самой большой в мире пропускной судоходностью и самая мощная в мире по объему вырабатываемого электричества ГЭС. В Китае есть любые из существующих типов плотин — земляные, арочные, самотечные, каскадные и современные бетонные.

Но все это великолепие — совсем не повод для хвастовства. Напротив, китайскому руководству следовало бы задуматься обо всех опасных последствиях «плотинной лихорадки». Эта болезнь подобна обоюдоострому мечу. С одной стороны, крупные плотины способны производить много дешевой электроэнергии. В их водохранилищах накапливаются большие объемы водных запасов на случай засухи. Они действительно защищают пахотные земли от наводнений и последующей водной эрозии. Они способствуют развитию рыбоводства и рыболовства, а также способствуют туризму, индустрии отдыха и внутреннему судоходству. Они могут даже изменять местный климат в лучпгую или худшую сторону, повышая влажность и объем выпадающих осадков [2].

Но все это имеет и обратную сторону. Большие плотины способны с легкостью разрушать реки, на которых они построены, и земли, которые они защищают от наводнений. Они существенно замедляют естественное течение речных потоков и снижают способность рек обновляться и очищаться от вредных выбросов естественным путем. Они вмешиваются в развитие местных экосистем и зачастую разрушают их, приводя к массовым заморам рыбы. Водохранилища, создаваемые при крупных плотинах, требуют переселения из привычных мест множества людей и приводят к затоплению целых регионов. Нередко под воду уходят места ведения ценных археологических раскопок.