Записи с меткой «системы»
07.10.2008
Именно после этого на новый наркотик обратило внимание Федеральное агентство по борьбе с наркоманией и потребовало причисления экстази к числу «тяжелых» наркотиков наравне с героином, кокаином и метамфетамином. После того как потребители и производители экстази в США были поставлены вне закона, члены секты индийского гуру Бхагвана Шри Раджнеша начали распространять MDMA в Европе. Они добавляли его в напитки, чтобы привлечь в секту прихожан [38].
К началу 90-х годов производство «Экстази» прочно укоренилось на европейском континенте. Сегодня прекрасно оборудованные лаборатории в Бельгии и Нидерландах производят от 80 до 90 % всех фасованных упаковок этого препарата, распространяемых в мире. Основная масса базовых химических веществ для производства поступает из Китая.
Агония «Экстази» [39]
MDMA представляет собой нейростимулятор, психопатогенный эффект которого длится от 4 do 6 часов. Его обычно прингимают перо-рально в форме таблеток. Психологические побочные эффекты приема MDMA включают в себя потерю ориентации в пространстве, депрессию, тревожное состояние, бессонницу, болезненную тягу к наркотику
и паранойю. Отрицательные соматические эффекты — гипертонус мышц тела, беспричинные спазмы челюстных мышц, тошнота, нарушения фокусировки взгляда, обмороки, дрожь в руках, бесконтрольные быстрые движения глаз, потливость или озноб. MDMA повышает ритм сокращения сердечной мышцы и кровяное давление и представляет особую опасность для людей, страдающих болезнями сердца или кровеносной системы. Отдел по контролю за национальной политикой по борьбе с наркоманией, Администрация Президента США
Защитники MDMA утверждают, что единственной причиной, по которой экстази считается «тяжелым» наркотиком, является ошибка правоохранительных органов по всему миру, по какой-то причине уравнявших «высокодуховный» препарат с такими изгоями, как кокаин, героин и метамфетамин. К этому доводу стоит присмотреться повнимательнее. На самом деле самый большой риск приема таблеток «Экстази» в том, что в них вообще может не оказаться вещества MDMA. Вместо него недобросовестные производители начиняют упаковки чем угодно — от мескалина и метамфетамина до кодеина, декстрометорфана и галлюциногена параметоксиамфетамина.
Многие из тех, кто сегодня принимает экстази, делают это для усиления эффекта от длящихся всю ночь «рэйв-вечеринок», а не для «психологического просветления», проповедовавшегося доктором Шульгиным. Поэтому прием MDMA дополняется такими препаратами, как метамфетамин, кетамин, ЛСД и псилобицин.
Даже если прием экстази происходит без сопровождения и сами таблетки содержат максимально очищенное действующее вещество, наркоманы со стажем страдают от целого ряда психологических и физиологических негативных эффектов. Такой случай прекрасно описан в одном из номеров журнала Counsellor.
18-летняя Алекса Стивене ожидала наступления приятного «прихода», стоя над рекой Чарльз и глубоко вдыхая свежий воздух. Ей показалось, что до этого она слегка не добрала с экстази по дозировке, и девушка отправила вдогонку еще две таблетки пастельного цвета, на которых было
выгравировано слово «секс». Через несколько минут ее сердце было готово выскочить у нее из груди. В испуге Алиса побежала вниз к реке по лестнице. Потом она упала на колени, и у нее начались судороги. Через 24 часа ее госпитализировали в крупный университетский госпиталь. Состояние девушки становилось все хуже. Врачи перевели ее на принудительную вентиляцию легких. Спустя еще 48 часов от обнаружили, что у нее отказывает печень. К счастью, нашелся донор. Была осуществлена трансплантация части печени. Трансплантант не прижился. Затем последовало обширное кровоизлияние в мозг. Узнав об этом, семья потребовала выключения аппаратуры искусственного поддержания жизни [41].
29.07.2008
Последние сделки Китая с Кубой особенно обеспокоили США, прилагающих огромные усилия на экономическую изоляцию Кубы. Китай никогда не испытывал угрызений совести, вступая в союзнические отношения с диктаторами, особенно, если они придерживались марксистской идеологии. Сегодня отношения между Китаем и Кубой развиваются не только в силу идеологической общности, но и по причине все возрастающего интереса Китая к природным богатствам острова, оставшимся практически нетронутыми в годы американских экономических санкций [32].
Для того чтобы завоевать симпатии жителей Латинской Америки, Китай использует во многом тот же инструментарий, что и в Африке. Сотрудничество неизменно начинается с серии небольших торговых соглашений и кредитов. Затем создаются совместные предприятия и укрепляются военные связи. Завершается все подписанием двусторонних соглашений о свободной торговле.
Кроме того, Китай мгновенно реагирует на возникновение политического или экономического вакуума в регионе в случае, если западные компании хоть ненадолго уходят из страны. Например, после того, как экономики Аргентины и Бразилии едва не рухнули под напором финансового кризиса, а объем американских инвестиций упал практически вдвое, Китай быстро восполнил эту недостачу и прочно закрепился в регионе [33].
Следуя все тому же африканскому образцу, Китай формирует благожелательное отношение к себе за счет строительства инфраструктурных объектов и посулов огромных инвестиций и списания долгов. Но, конечно же, многие из соглашений, подписываемых Китаем со странами Латинской Америки, — это «соглашения о кредитах на улучшение таких объектов транспортной инфраструктуры, как порты и железные дороги», и подобные «инвестиции» однозначно нацелены «на улучшение возможности и скорости вывоза ресурсов из региона» [34].
Рассмотрим пример Бразилии. «Китай в партнерстве с правительством Бразилии работает над улучшением железнодорожной сети страны и строительством железнодорожной ветки к побережью Тихого океана, которая позволит снизить стоимость перевозок железной руды и соевых бобов». Вероятно, точно так же, с помощью китайских специалистов, будет реконструирован перегруженный чилийский порт Антофагаста [35]. Объем импорта чилийской медной руды Китаем сегодня составляет почти 3 млрд долларов [36]. Это половина всей выручки Чили от экспорта меди [37].
В обмен на поставки меди в 2005 году Китай убедил правительство Чили подписать то, что в перспективе может стать смертным приговором многим африканским и латиноамериканским государствам: договор о свободной торговле. Это первый в истории Китая договор о свободной торговле с латиноамериканской страной. Журнал Economist метко характеризует эту стратегию.
Основной проблемой, возникающей в ходе исполнения договоров о поставках сырья в Китай, является то, что латиноамериканские страны не вкладываются в развитие мощностей по первичной или глубокой переработке, которые могли бы быть обращены на развитие местных экономик. Это уже испортило отношения Китая с Мексикой и многими странами Центральной Америки, где уровень безработицы в легкой и электронной промышленности резко подскочил из-за наплыва дешевых китайских товаров.
Кроме того, финансовые проекты, в рамках которых часто используются так называемые «связанные займы», построены таким образом, что за совершенствование инфраструктуры во многом заплатят сами страны Латинской Америки: Китай получит возможность получать их сырье по более низким ценам, а в некоторых случаях и сами проекты перейдут в собственность китайцев [38].
Пожалуй, более всего от превращения Китая во «всемирную фабрику» пострадала Мексика. Вот что пишет об этом Том Бэркле из журнала Institutional Investor.
Отрасли экспортного сектора Китая напрямую конкурируют с предприятиями так называемой «зоны макиладорес» на севере Мексики и агрессивно вытесняют их с рынков. В 2002 году Китай обогнал Мексику на рынке импорта текстиля в США и стал крупнейшим поставщиком этой продукции. В декабре 2002 года оканчивается срок действия Соглашения о многоволоконных тканях, регулировавшего международ-
ный текстильный рынок, и это резко увеличит конкуренцию за счет исчезновения механизма защитных квот на импорт [39].
Однако Китай в последние годы упорно движется в сторону развития производства товаров с высокой добавленной стоимостью и, в частности, уже превратился в ведущего поставщика компьютерных компонентов, бытовой электроники и автозапчастей на американский рынок. «За последние три года Мексика потеряла те доли американских рынков, где у нее были наибольшие объемы продаж», — говорит Хосе де ла Круз, профессор экономики Института технологических исследований Монтеррея. «Мы теряем возможность торговать именно теми видами продукции, которые приносят нам наибольшую выгоду» [АО].
Контраст путает. «Китайские товары производятся рабочими, получающими втрое меньше, чем их латиноамериканские коллеги и работающими в куда худших условиях» [41]. Неудивительно, что «на каждый доллар, получаемый Мексикой от экспорта своих товаров в Китай, КНР имеет 31 доллар от экспорта китайской продукции в Мексику» [42].
Но в отличие от большинства государств Африки и Латинской Америки Мексика пытается бороться. Национальное правительство ввело «компенсационные квоты более чем на тысячу видов китайских товаров» [43]. Все более неуютно в объятиях китайской панды чувствует себя и Бразилия. Как отмечает Роберто Джианетти да Фонсека из Федерации и Центра промышленного развития штата Сан-Паоло, «Китай не является нашим стратегическим партнером. КНР просто хочет скупать у нас сырье без переработки и экспортировать к нам свои промышленные товары» [44]. Статистические данные подтверждают этот вывод. «Почти 60 % бразильского экспорта в Китай — это товары низкой степени промышленного передела, в основном — соя и железная руда. Китай экспортирует в Бразилию более высокотехнологичные товары, и этот список возглавляют бытовая электроника, станки и химикаты. Кроме того, КНР начинает постепенное продвижение вглубь таких трудозатратных секторов бразильской экономики, как легкая и обувная промышленности и производство игрушек» [45].
Сегодня китайский империализм представляет прямую и явную угрозу для Латинской Америки. Как отмечает аналитик Стивен Джонсон:
Основанная на импорте сырья внешнеторговая модель Китая приведет к промышленной деградации Латинской Америки. Страны, во гла-
ве которых стоят сильные президенты или устойчивые олигархические группировки, могут не устоять перед соблазном возвращения к латифундистской экономике, и разница в уровне доходов между слоями населения вырастет. Более того, столь узкоспециализированные национальные экономические системы крайне уязвимы перед падениями рыночных цен на сырье. 44 % населения Латинской Америки уже живут ниже уровня бедности. Если эти страны не смогут провести структурные реформы, ликвидировать социальное неравенство и политическую нестабильность, это приведет к падению объемов американского экспорта в этот регион и росту миграционных проблем [46].
Рубрика: Латиноамериканское танго китая
28.07.2008
Второй серьезной проблемой стало отсутствие адекватной инфраструктуры для управления водными ресурсами. Обилие самовольных врезок, старых сантехнических и водопроводных труб приводит к масштабным утечкам воды во всей стране. В Китае нет сколько-нибудь значительных мощностей по очистке и рециркуляции стоков. Вместо выделения бюджетных ассигнований на создание системы более эффективного использования водных ресурсов, правительство КНР предпочитает финансировать рискованный проект поворота рек с севера на юг Китая, предложенный еще Мао Цзедуном. Этот мегапроект должен стать «самым большим ирригационным проектом на планете». Три канала должны пересечь Китай на востоке, западе и в срединных районах страны и связать воедино бассейны четырех из семи крупнейших рек — Янцзы, Хуанхэ, Хуайхэ и Хайхэ [33].
Восточный канал проектируется таким образом, чтобы пройти через сеть существующих издревле водохранилищ и малых каналов, связывавших Пекин и Ханьчжоу. Это тот же маршрут, который использовался в имперском Китае для транспортировки чая и шелка, и этому каналу суждено стать самой длинной искусственной водной артерией в мире. Его конечная цель — обеспечить водозабор воды из устья Янцзы и ее переброску в провинцию Тяньцзинь.
Срединный канал проектируется для того, чтобы обеспечить водой исключительно зону Пекина. При строительстве этого объекта произойдет самое массовое переселение жителей в связи с тем, что пла нируется расширение зеркала водохранилища Дэнцзянку на реке Хан. Более 400 тысяч человек будут вывезены из зоны затопления в другие регионы. Восточный и срединный каналы должны быть по плану сданы в эксплуатацию в 2010 году, и смета строительства превышает 20 млрд долларов.
Западный канал — самый дорогой и наиболее трудный с инженерной точки зрения маршрут из трех проектов. Затраты на его строительство превысят 40 млрд долларов. Целью строительства западного канала станет «перенацеливание рек Тибетского плато в верховья Хуанхэ, поскольку Желтая река сегодня используется настолько интенсивно, что пересыхает в низовьях» [34]. Этот проект планируется завершить только к 2050 году.
На первый взгляд данные проекты станут панацеей для водной системы Китая. Однако насосные системы будут потреблять значительное количество электроэнергии, сами каналы нанесут стране весьма существенный экологический ущерб за счет резкого изменения уровня водных потоков, обслуживание вновь созданных рукотворных рек ляжет непосильным бременем на местный и государственный бюджет. Кроме того, строительство посеет семена социального взрыва в силу масштабности переселенческой программы.
Еще более проблематичным проект становится в силу того, что технически несложный в исполнении восточный канал «будет проходить по одним из самых загрязненных илом речных бассейнов в мире». Возникает вопрос, насколько переброшенные с юга воды будут пригодны для «промышленного использования, не говоря уже об употреблении в качестве питьевой воды» [35].
Проект «поворота рек с юга на север» — не единственное решение, которое правительство КНР предлагает для разрешения проблемы нехватки водных ресурсов. Еще одним рискованным проектом является массированное бурение подземных водохранилищ и откачка из них артезианских вод. Самым противоречивым элементом государственной стратегии управления водными запасами сегодня стала предельно конфликтная программа самого масштабного в мировой истории строительства сети плотин. Ее последствия мы уже обсуждали выше.
с этой проблемой столкнулись приморские уезды Далянь и Янтай. Здесь засоление уже погубило более 5 тысяч колодцев, урожаи на более чем 300 тысячах акров орошаемых земель упали вдвое, и недостаток водных ресурсов испытывают почти миллион жителей и 250 тысяч голов скота [39].
В следующей главе мы рассмотрим, как все упомянутые проблемы— нехватка водных ресурсов, загрязнение окружающей среды, неудержимая коррупция, рост имущественного неравенства и принудительное переселение крестьян с традиционных мест жительства — питают почву грядущих гражданских войн Китая.
Рубрика: Политэкономия нехватки воды
15.07.2008
Донцзин — это лишь один пример того, как 80 млн жителей провинции Гуандун живут в соседстве со своими сельскохозяйственными животными, птицами и рыбными хозяйствами. Г-жа Ян живет по соседству с фермером, содержащим цыплят рядом со свинарником. Все свиноводы сбрасывают навоз в пруды, в которых выращиваются креветки и зеркальные карпы.
В некоторых других деревнях куриные клетки устанавливаются прямо над загонами для свиней, и птичий помет служит «пищевой добавкой» к поросячьему рациону. Столь тесная близость содержания животных и птиц и взаимное загрязнение увеличивают риск того, что животные вирусы обретут способность заражать людей напрямую или пробившись в результате мутаций через близкую людям иммунную систему свиней.
«В таких условиях зарождается сложный коктейль из химических веществ и вирусов», — говорит Кристин Ло, ранее бывшая членом Законодательной ассамблеи Гонконга, а сегодня возглавляющая исследовательский институт «Гражданский обмен», активно занимающийся вопросами охраны окружающей среды.
The Sydney Morning Herald [19}
Сначала о сельскохозяйственных отходах. США сегодня называют мировым «королем производства говядины». Китай стал «императором свиноводства». Свинина составляет 70 % всего мясного производства Китая. Более того, КНР производит половину всей свинины мира. В результате навозные кучи на свинофермах в буквальном смысле превратились в горы, обильно истекающие отходами в водоемы Китая. Эти органические вещества щедро подпитывают процесс органического загрязнения вод.
Отходы человеческой жизнедеятельности в Китае не менее впечатляющи по объему. КНР имеет самое большое по численности городское население в мире. Объем канализационных отходов китайских городов составляет более триллиона тонн ежегодно [20]. 90 % этих отходов либо не проходит очистку вообще, либо «обрабатывается по сокращенному циклу» [21]. Прокладка канализационных труб существенно отстает от темпов роста городов, а многие очистные сооружения строятся формально и эксплуатируются неэффективно.
В экономике Китая наблюдается и такой парадокс: центральное правительство выделяет фонды для строительства комплексов канализационных очистных сооружений. Но стоимость повседневной эксплуатации построенных предприятий перекладывается на плечи местных и провинциальных властей, не имеющих для этого средств. Как следствие, в отсутствие средств работа комплексов аэрации полностью прекращается.
Но канализационные горы и навозные реки Китая порождают и куда более опасную для всего остального мира разновидность загрязнения окружающей среды. Речь идет о том, что в последние годы Китай превратился в «основной глобальный питомник» для выведения все новых вирусов гриппа и иных смертельных болезней, таких как атипичная пневмония и птичий грипп. Выше уже указывалось, что главной причиной этого стало слишком близкое соседство сельскохозяйственных животных к человеку в процессе их разведения. Взаимное загрязнение сред обитания приводит к появлению «коктейлей из химикатов и вирусов», в которых растет число вредоносных мутаций возбудителей гриппа, и вероятность появления непривычных для человеческой иммунной системы болезней, способных вызвать всемирную пандемию, увеличивается.
Рубрика: Горы и реки канализационных отходов
11.08.2007
Сегодня китайские фермеры стремятся к получению все более высоких урожаев, и для этой цели им требуется все больше и больше воды. При этом ирригационные системы в Китае весьма неэффективны и приводят к массовым потерям водных ресурсов. Промышленность тоже
потребляет воду во все возрастающих масштабах. К числу активных пользователей водных ресурсов сегодня подключились и города, где, по мере роста доходов, все большее количество жителей обзаводится смывными туалетами западного типа и стиральными машинами. Кроме того, горожане активно употребляют в пищу мясо и спиртные напитки, а предшествующее конечному продукту выращивание пшеницы и откорм скота вновь требуют увеличения расхода воды. В сельской местности стоимость галлона воды составляет меньше половины цента. Столь низкая цена никак не способствует сбережению водных ресурсов. В общественных зданиях нередко можно встретить сломанные краны, текущие круглосуточно в течение нескольких месяцев, и никого это особенно не волнует.
Los Angeles Times {29]
Сегодня Китай представляет собой классический пример того, как совокупность экономических тенденций, переплетаясь, несет страну к пропасти истощения национальных водных ресурсов. Уже сегодня воды не хватает, и этот дефицит растет столь же стремительно, сколь быстро Китай движется по пути экономического и демографического роста, урбанизации и индустриализации.
И дело не только в том, что рост населения, количества заводов и интенсивности обработки сельскохозяйственных земель требуют все большего количества воды. Население Китая переселяется в города, среднедушевой доход стремительно растет, и все большее число людей переходит на новый образ жизни, с большим потреблением «мяса и спиртных напитков», то есть в конечном счете — и воды. Кроме того, по мере урбанизации расход воды весьма значительно вырастет еще и потому, что горожане активно пользуются такими удобствами, как смывные туалеты и душевые, и соответственно, потребляют на человека куда больше воды, чем жители сел.
Значительная вина за нарастание этой проблемы лежит и на ошибочной политике государства. Наиболее очевидная из ошибок — неспособность государства установить осмысленную цену за пользование водными ресурсами. Цена на воду в Китае — одна из самых низких в мире. Более половины всех водных ресурсов Китая продается вдвое ниже их реальной стоимости [30]. Это не только стимулирует избыточное расходование воды и отсутствие контроля над ее расходом в принципе, но и лишает предпринимателей стимулов для инвестирования в водосберегающие технологии и проведение в жизнь комплексных программ водосбережения. В результате для производства одной тонны стали Китай использует более 50 тонн воды, в то время как конкурирующие предприятия в Японии, США и Германии снизили эту цифру до 6 тонн [31]. Согласно данным Министерства КНР по водному хозяйству, для производства 1 % ВВП Китай расходует вчетверо больше воды, чем в среднем на это расходуется в мире. И такая расточительность происходит в стране, уже столкнувшейся с проблемой катастрофической нехватки водных ресурсов… [32] С политической точки зрения здесь существует очень серьезное ограничение — никто не желает повышения цен на воду.
Рубрика: Политэкономия нехватки воды